Проблема здравоохранения

Разговор на брайтонском бордвоке, где клиенты Медикейда дышат целебным океанским воздухом и обсуждают актуальные вопросы
социальной политики США

 

Мини-пьеса

Действующие лица и исполнители предпочитают сохранять инкогнито

 

 

– Ваш доктор Рыбаков – полное ничтожество!

 

– Что он вам уже недодал?

 

– Все, что только можно было недодать, этот паразит мне недодал! Он решил заманить меня в свой офис бутербродом с красной икрой. Крупный деликатес по 12 долларов за фунт!  Мой Мурзик уже не ест такие деликатесы!

 

– Он не виноват. У него такой бюджет. Если он дает рекламу на телевидении, так у него хватает только на красную икру, а если он дает черную икру, так у него не хватает на рекламу на телевидении!

 

– Кому нужна реклама на телевидении? Кто вообще смотрит телевизор дома? Возьмите доктора Капустина. Это – врач! Вы бы видели его офис! Дворец! Красное дерево! Кожаная мебель! Телевизор 65 дюймов по диагонали! Сестра подает тебе кофе, ты смотришь «Ликвидацию», потом тебе дают пакет с курицей на ужин и отвозят домой на амбулете. Все, что с тебя требуется это один анализ мочи и одна кардиограмма. 

 

– Амбулет, это уже не модно. В наши дни уважающий себя клиент Медикейда, имеет лимузин с переводчиком в обе стороны.

 

– Зачем вам переводчик? Вы что, плохо говорите по-английски?

 

– Говорю я хорошо, я плохо перехожу улицу. Так мне нужен переводчик.

 

– Слушайте, мы должны обсудить этот вопрос на общем собрании бордвока. Почему одни ездят на амбулетах, а другие на лимузинах? Мы имеем право на  социальную справедливость! Тот офис, который не исправится, будет иметь бойкот! Мы должны собрать актив и выставить список требований, который позволит каждому получателю медикейда жить с достоинством. Длина лимузина, цвет икры, размер телевизора, репертуар фильмов, ассортимент товара для продпакета, все должно быть учтено. 

 

– Правильно! В конечном итоге мы живем при капитализме. Рыночные отношения – самые здоровые отношения в мире! Если ты нам, собака такая, не даешь лимузин с шампанским и потом еще хорошего цыпленка с банкой сгущенного молока, так ты будешь сдавать на анализы свою собственную кровь! И если она у тебя будет испорчена, так ты сам знаешь отчего! 

 

– А мне, например, что черная икра, что красная. Я – дальтоник. После того, как меня прищемило дверью от их сабвея, я вижу один цвет – золотой.

 

– Почему?

 

– Потому что мой лойер сказал: нам с их дверью крупно повезло, мы теперь озолотимся!

 

– Вам таки повезло! Две болезни сразу – дальтонизм и ущемление дверью! Другие о таком только мечтают. Это же лечиться и лечиться! 

 

– Я и лечусь. Я иду со своей Милой в офис, нам платят по 20 баксов за массаж с иглоукалыванием и мы уходим со своей сороковкой. Что бы я предложил, так это сделать поправку на инфляцию и поднять до 25 за визит, при этом я готов уступить иглоукалывание!

 

– Правильно. Иглоукалывание, это несерьезно.

 

– Почему?

 

– Когда мне ставят эти иголки, я хохочу, как ребенок.

 

– А что у вашей Милы?

 

– Она лечится от пост-травматического синдрома, вызванного моим ущемлением. К ней уже приставили невропатолога, психотерапевта и на всякий случай нейрохирурга.

 

– А я бы предложил, чтобы поправку на инфляцию пересчитывали на талоны на бензин!  

 

– Правильно! А не так, что одни строят себе хоромы на Манхэттен-Бич, а больным людям они кидают ржавую корку хлеба!

 

– Судя по вашей комплекции, это таки неплохая ржавая корка, нет?

 

– А какую комплекцию вы хотите с одних углеводов? Доктор Аткинс перевернулся бы в гробу от этой диеты! Я уже хочу дожить, когда бросят хороший филе-миньон!

 

– Не жадничайте, филе-миньон бросят вашим детям! Им только надо голосовать за правильных кандидатов! 

 

– Послушайте сюда. Я не хотел говорить, но не могу держать в себе. У меня есть один товарищ из Бей-Риджа, так его пригласили в один автобус с такими же как он. Они ездят на вакуумные процедуры. Это теперь так называется. У них там есть одна специальная медсестра, она их отпускает по одному. Вы бы видели эти губы! У Стаханова таких не было. Некоторые говорят, что пережили такое впервые в жизни. Это как землетрясение в шесть баллов!

 

– Фу, какая гадость!

 

– Если вам гадость, так смотрите свою «Ликвидацию» и не расписывайтесь

за других! У всех разные запросы на потребности!

 

– Гадость – не гадость, но в нашем возрасте это, все-таки, нагрузка!

 

– Правильно, поэтому вначале стресс-тест, потом процедуры и потом недельная реабилитация в Катскильских горах с их транспортом и питанием.

 

– А зачем реабилитация?

 

– Слушайте, всякое случается: у одних доходит до предынфарктных состояний у других до гипертонических крисов, но этот врач – просто волшебник. Ему привезли 40 человек, он спас сорок жизней. Я вам так скажу: он спасает людей автобусами. И кто из них пожалуется, что у него особняк в два раза больше, чем дворец пионеров на Приморском бульваре?

 

– Вы знаете, мы должны собрать актив и провести акцию. Помните, как было раньше, ты хорошо работал, ты был «Коллектив коммунистического труда». Мы должны возродить это дело и вручать по результатам года доску от общины: «В этом офисе мы имеем гуманное отношение».

 

– Этого мало! Я бы еще составил черный список и повесил его на интернете. И чтобы эти паразиты знали: если они не дают сервис, так они имеют голый гурнышт, а не наш медикейд! 

 

– Минуточку, а если мне вдруг станет таки плохо? Таки по настоящему плохо, куда я тогда должна обратиться?

 

– Знаете, не будьте эгоистом. Вам плохо – умрите, но дайте другим пожить по-человечески!

 

Вместо занавеса – заход солнца

с наступающей темнотой

и тишиной