Недавно получил письмо от одноклассника. Мы с ним учились в средней одесской школе №121. За те 40 лет, что я его не видел, он переселился в Лондон. Случается. Я теперь тоже живу не в Волоколамске. Он нашел меня через веб-сайт «Одноклассники». Оказывается, там зарегистрирована одна наша соученица, которая óзнала от других общих знакомых адрес моей электронной почты. И вот я получил письмо. Я был в шоке. В 6-м классе я одолжил у него 22 копейки на шоколадно-вафельное пирожное и не уверен, что отдал. В моем возрасте начинаешь испытывать неуверенность в завершенности многих действий, в связи с чем чаще обычного проверяешь выключен ли свет в туалете и застегнута ли ширинка.
Он был так рад нашей виртуальной встрече, что тут же прислал мне фотографию той нашей одноклассницы, которая знала наших общих знакомых, через которых... Короче, вы поняли.
«Ты же ее так любил! – написал он. – Ты помнишь?»
Что вам сказать? В 9-м классе, когда я сделал несколько безуспешных попыток привлечь ее внимание, многие отмечали, что она выглядит старше меня. 40 лет спустяона выглядит старше моей бабушки, какой ее запомнил. Кто, я ее любил?! Я?! Вот эту?! С вот этими вот штуками под подбородком? И еще вот здесь, ниже? У нас в Одессе эти ступени на теле – от горла – вниз, назывались Потемкинской лестницей, и это не было комплиментом. Если я это любил, то это был не я!
«Что ты хочешь? – написал товарищ. – Время берет свое!»
Обожди, подумал я, оно еще не взяло все. И это означает, что мне еще могут прислать вырезку из газеты с похоронкой, которая продлит мое теплое чувство к ней. Уже остывшей.
Мама моя родная, а можно без карточек и адресов, чтобы я сохранил в памяти только то, что было 40 лет назад? Можете считать меня латентнымпедофилом, но вид моих ровесников давно перестал доставлять мне эстетическое, я уже не говорю об эротическом, удовольствии!
Между тем, моя бывшая любимая сообщает, что другой наш одноклассник, Леня, сильно заболел и ему никто не может помочь, кроме одной очень известной сибирской целительницы, которая выводит камни из почек взглядом. Она берет за визит три тысячи евро и еще тысячу надо потратить на дорогу. Она живет в тундре. Но и туда уже дошла весть, что доллар это – полное барахло, поэтому больные должны иметь при себе евро. И помимо этих трех тысяч нужна еще тысчонка на продукты, которые в тех местах очень дорогие, а в очереди к ней проходит до полутора месяцев, из-за внеплановых визитов блатных начальников и внезапно разбогатевших артистов эстрады и кино.
– А что Леня? Пьет, как и тогда? В восьмом классе?
– Нет, уже меньше. Как в шестом.
– Какая прелесть! Я обязательно посоветуюсь с женой.
– Ах, у тебя есть жена?
– Ну, как сказать... Так сложились обстоятельства... У меня просто не было выхода...
– Ну-ну. А я думала, мы могли бы поехать к нему вместе. Говорят, в тундре очень красиво.
– Конечно! Я видел по телевизору. Риэлити шоу «Две недели среди волков».
Следующим появляется мой когда-то настоящий друг Валера. Этот сразу переходит от торжественной части к деловой:
– Старик, ты помнишь, как мы менялись пластинками? Как мы ходили на сходняк в парке Шевченко? Как записывали музыку? Не знаю, как там у вас, но у нас все по-старому! Все пацаны на своих местах, за исключением выбывших по состоянию здоровья.
– Валера, дорогой, конечно помню! Как ты? Что теперь слушаешь?
– Старик, если можешь, конечно, пришли второй «Блэк-Саббас», а то мы тут гуляли и кассета упала в костер. А я могу тебе катануть «Сержанта» и «Рубероид». Состояние почти идеальное. Только сообщи, как передать и не забудь прислать, если сможешь, чистых болванок. Если не затруднит, конечно.
– Валера, нет проблем! А ты узнай у наших, нет ли у кого скрипичных концертов Брамса в исполнении оркестра под управлением Фуртвенглера.
Через две недели, очень слабо:
– Каво?
– Фуртвенглера. Скрипичные концерты Брамса.
На следующий день:
– Старик, болванки бери по сто штук, так дешевле и только TDK, в самом крайнем случае Sony!
Следующее письмо с меланхолическим началом:
– Может быть ты и прав, что отказался ехать. Вчера получила письмо, ревела всю ночь. Наш Ленька трагически погиб. Глупая, нелепая смерть. Попал под трамвай. Ехал сдавать бутылки. На велосипеде. Не хочу заканчивать на печальной ноте, поэтому отправляю коллекцию приколов. Собирала четыре года. Загружай на ночь, потому что файл очень большой. 1600 карточек. Обхохочешься. Не забывай! Будешь в наших краях, заходи.
Не забуду! Но если зайду, то уже прямо на кладбище. Прошвырнуться между надгробьями со знакомыми именами, но без проблем, беспокоивших íàñ все те 40 лет, которые мы не виделись по причинам, из которых доступность интернета не является самой главной!
